Протоколы Брионских мудрецов

Аналитика Центра геостратегических исследований

Президент Сербии Александр Вучич принял участие в саммите процесса Брдо-Бриони, проходившем в Дурресе. На пленарном заседании было установлено, что европейский путь является стратегическим направлением для региона, сообщил Вучич. Хозяином встречи выступил президент Албании Байрам Бегай.

Александр Вучич заявил, что на пленарном заседании в рамках саммита процесса Брдо-Бриони в Дурресе было подтверждено, что европейский путь — это стратегический курс для региона. Он также отметил, что между ним и председателем временных приштинских институтов (самопровозглашённого государства Косово) Вьосой Османи возникли разногласия. Вучич подчеркнул, что Сербия остаётся приверженной усилиям по сохранению расширения ЕС в числе приоритетов и выразил уверенность, что расширение Союза должно оставаться чётко обозначенным в повестке дня Западных Балкан.

«Несмотря на многочисленные вызовы, Сербия остаётся приверженной тому, чтобы расширение ЕС оставалось приоритетом, а не второстепенной темой. Я ожидаю, что процесс Брдо-Бриони приведёт к ясным выводам, ведь только искренность и последовательность всех сторон обеспечивают устойчивость процесса и доверие стран региона», — отметил Вучич.

Он также подчеркнул, что открытые перспективы членства в ЕС являются мощным стимулом для реформ, привлечения новых инвестиций и экономического роста. «На этом пути Сербия всегда будет надёжным и ответственным партнёром Европейского союза», — добавил он.

Сербский член Президиума Боснии и Герцеговины Желька Цвиянович прокомментировала, что саммит Брдо-Бриони всегда является хорошей возможностью для обмена мнениями:

«Встреча лидеров процесса Брдо-Бриони — это всегда хорошая возможность обсудить вопросы регионального сотрудничества и европейской перспективы стран Западных Балкан». Помимо Жельки Цвиянович, в саммите приняли участие и хорватский, и боснийский члены Президиума — Желько Комшич и Денис Бечирович.

Сербия и Республика Сербская в контексте евроатлантической стратегии для Западных Балкан

Несмотря на то, что на саммите процесса Брдо–Бриони в Дурресе вновь была подчеркнута формула «европейского пути как стратегического направления региона», за этой декларативной формулировкой скрывается целый ряд геополитических условий, которые по существу определяют положение Сербии и Республики Сербской.

Европейский союз всё меньше действует как интеграционный проект, основанный на общих ценностях, и всё больше — как политический механизм управления регионом в соответствии с собственными интересами в сфере безопасности и геополитики. Для Сербии это означает, что процесс присоединения фактически обусловлен признанием Косова, тогда как для Республики Сербской настаивают на усилении централизации внутри Боснии и Герцеговины, что ослабляет её конституционно гарантированную автономию.

Таким образом, на практике формируется региональная модель унитаризма — независимое Косово как полностью обособленный субъект и унитарная Босния и Герцеговина как государство под внешним протекторатом. Оба решения направлены на подавление сербского политического фактора как самостоятельного субъекта на Балканах.

Сербия, стремящаяся сохранить доступ к европейским фондам и инвестициям, одновременно вынуждена принять признание «независимого» Косова. Республика Сербская, в свою очередь, находится под постоянным давлением Брюсселя и Вашингтона с требованием сократить свои конституционные полномочия под предлогом «функциональности государства».

Западные центры силы стремятся создать внутри Западных Балкан зону стабильности под полным контролем НАТО и ЕС. При продолжении текущего курса политики ЕС, Сербия столкнётся с необходимостью де-факто признания Косова как условия для открытия или закрытия переговорных глав, тогда как Республика Сербская будет подвергнута попыткам систематического демонтажа Дейтонского соглашения.

Политика условий и положение Сербии в процессе европейской интеграции

Политика условий представляет собой один из ключевых механизмов ЕС для проецирования влияния на страны-кандидаты. В случае Сербии эта политика в последнем десятилетии всё больше сосредоточена на вопросе Косова, который стал центральным политическим и правовым условием для продвижения в европейской интеграции. С момента подписания Брюссельского соглашения в 2013 году «нормализация отношений с Приштиной» постепенно превратилась в инструмент, с помощью которого ЕС навязывает де-факто признание косовской государственности без формального акта признания.

С введением Главы 35, которая влияет на все остальные области переговоров, процесс европейской интеграции Сербии стал в значительной степени зависимым от геополитических, а не технических критериев. Таким образом, ЕС через соглашения, такие как Франко-германский план и Охридское приложение, сместил акцент интеграционного процесса с внутренних реформ на вопросы внешней политики и безопасности. Такой подход привёл к ситуации, в которой Сербия должна удовлетворить ожидания Брюсселя и принять «реальность» независимого Косова, тем самым подрывая собственный конституционный строй.

В процессе европейской интеграции условие признания Косова со стороны Сербии постепенно развивалось через ключевые документы и соглашения.

1. Брюссельское соглашение (2013)

Официальное название: Первый договор о принципах, регулирующих нормализацию отношений Посредник: Европейский союз

Суть: Сербия обязалась не сохранять государственные институты на севере Косова, а местное самоуправление должно функционировать через Сообщество сербских общин (ССО) в рамках косовской правовой системы.

В обмен Косово получило право на установление полного контроля над всей территории.

ЕС назвал это соглашение «ключевым шагом» на пути европейской интеграции Сербии.

Что это означает: Брюссельское соглашение не требует формального признания Косова, но закладывает основу для фактического принятия институциональной независимости Приштины.

2. Глава 35 (2015)

Это самая важная глава в переговорах Сербии с ЕС.

В ней указано, что прогресс Сербии на пути к членству будет зависеть от прогресса в диалоге с Приштиной.

ЕС имеет право «заморозить» переговоры, если сочтёт, что Сербия не выполняет обязательства по диалогу.

Позднее эта глава получила статус «особого условия, влияющего на все остальные главы».

Что это означает: Формально признание не требуется, но без «нормализации отношений» (что ЕС трактует как принятие Косова) процесс не может продвигаться.

3. Франко-немецкий план (2022)

Также известен как «Европейское предложение» или «план по нормализации отношений».

Предусматривает, что Сербия и Косово не будут препятствовать друг другу в международных организациях.

Обе стороны должны уважать друг друга как равноправные субъекты.

Сербия должна признать косовские документы, символику и государственные институты.

Признание не упомянуто напрямую, но подразумевается фактическое признание суверенитета.

Ключевая формулировка: «Стороны будут развивать нормальные, добрососедские отношения на основе равных прав.»

В дипломатическом языке это означает: Признание государственности другой стороны.

4. Охридский аннекс (март 2023)

Подписан под эгидой ЕС (Мирослав Лайчак, Жозеп Боррель).

Сербия и Косово согласились реализовать все пункты Европейского предложения.

Сербия обязалась не блокировать членство Косова в международных организациях (включая ООН).

Косово обязалось немедленно создать Сообщество сербских общин.

Что это означает: Хотя формального подписания не было, ЕС рассматривает этот аннекс как обязательный документ, фактически признающий существование Косова как отдельного субъекта.

5. Политические заявления лидеров ЕС

Жозеп Боррель (2023): «Европейский путь Сербии зависит от её готовности полностью реализовать соглашение с Косовом.»

Олаф Шольц (2022): «Сербия и Косово должны признать друг друга, если хотят вступить в ЕС.»

Эммануэль Макрон (2023): «Нет европейского будущего без нормализации отношений.»

Что это означает: На практике ведущие страны ЕС рассматривают признание или, по крайней мере, принятие независимости Косова как предварительное условие для членства.

Политика условности в отношении Республики Сербской в процессе европейской интеграции

Условность, применяемая Европейским союзом к Республике Сербской, представляет собой совокупность политических, институциональных и финансовых мер, с помощью которых ЕС стремится повлиять на внутреннее устройство Боснии и Герцеговины, особенно на статус и полномочия Республики Сербской.

На практике эта политика основана на принципе «условие — выгода» (conditionality), то есть любое сближение с ЕС, доступ к фондам или открытие новых этапов интеграции обусловлено согласием на политические и институциональные реформы, которые зачастую означают передачу полномочий с уровня энтитета на государственный уровень.

Через этот процесс ЕС фактически поддерживает концепцию централизованного и «функционального» государства, что противоречит первоначальному Дейтонскому конституционному устройству, согласно которому Босния и Герцеговина определена как государственное сообщество двух энтитетов и трёх конститутивных народов.

Такая политика условности имеет несколько последствий:

• Сужается автономия Республики Сербской, особенно в сферах правосудия, безопасности и экономического управления;
• Усиливается влияние внешних акторов, прежде всего Офиса высокого представителя (OHR) и делегации ЕС в БиГ;
• Снижается легитимность институтов Республики Сербской, поскольку многие решения принимаются вне демократического процесса и в соответствии с требованиями Брюсселя;
• Ослабляется внутренний консенсус в БиГ, что часто приводит к политическим кризисам и застою реформ.

По сути, политика условности — это механизм контролируемой интеграции, цель которого — постепенное формирование Боснии и Герцеговины как единого государства под надзором ЕС, с одновременным сокращением конституционных и политических полномочий Республики Сербской.

Заключение

Сербия и Республика Сербская проводят политику «сидения на двух стульях», при которой через европейскую интеграцию обеспечивают политическую проходимость, а от России ожидают геополитическую защиту. Такая стратегия ведёт к всё большей деградации сербских государственных и национальных интересов, поскольку Россия может предоставить дипломатическую поддержку, особенно в Совете Безопасности ООН, но не способна защитить территориальную целостность Сербии, если Белград сам подписывает соглашения, подрывающие её. То же касается и Республики Сербской — Москва является гарантом Дейтонского соглашения, но не может сохранить энтитет, если Баня-Лука через европейские институты соглашается на централизацию БиГ.

Иными словами, российская защита может быть эффективной только при наличии последовательной национальной политики, а не тогда, когда внутренние акторы ведут курс, противоречащий собственным интересам. Продолжение политики «двойного вектора» ведёт к эрозии суверенитета, поскольку Сербия теряет опору как на Востоке, так и на Западе. Западные структуры всё чаще прибегают к политическому шантажу, тогда как Россия теряет доверие к готовности сербского руководства к реальному союзничеству.

Одновременно внутренняя общественность становится дезориентированной, а национальные интересы сводятся к вопросу тактического выживания вместо долгосрочной стратегии.

Источник: Центр геостратегических исследований

7 октября 2025 года.